Remark ru

Цена категоричного отрицания. Кейс KPMG Australia

KPMG Australia понадобилось несколько месяцев, чтобы пройти путь от категоричного отрицания обвинений до отставок высшего руководства, финансовых санкций, перестройки управления и независимой проверки со стороны государства. Этот репутационный кризис ещё не завершён, но уже показывает, как меняется антикризисная стратегия, когда компания теряет право самостоятельно убеждать аудиторию в собственной добросовестности.

Что случилось

24 марта 2026 года сенатор Дебора О’Нил огласила в австралийском парламенте информацию, полученную от бывшего сотрудника KPMG. Информатор утверждал, что внутри компании передавались конфиденциальные материалы клиентов, которые могли использоваться при подготовке заявок на крупные аудиторские контракты. Кроме того, прозвучали обвинения в ненадлежащем рассмотрении жалоб и давлении на самого информатора.

Для KPMG это было серьезное обвинение, ведь компания продаёт не массовый продукт, а услуги, когда клиенты открывают аудиторам финансовую и коммерческую информацию, поскольку уверены в их независимости и способности сохранять конфиденциальность.

Категоричное отрицание

На следующий день после выступления сенатора Председатель KPMG Australia Мартин Шеппард и CEO Эндрю Йейтс сообщили, что компания провела несколько проверок.

«Мы привлекли две отдельные юридические фирмы. Одну - для проверки проведённого KPMG расследования, другую — для собственного внешнего расследования. На основании предоставленной нам информации мы не смогли подтвердить ни одно из заявлений о неправомерных действиях», - цитирует руководство KPMG издание Accounting Times.

Это была стратегия защитного сдерживания. Однако при наличии парламентского контроля и нескольких регуляторов удержать ситуацию в формате закрытого корпоративного разбирательства было практически невозможно. Тем не менее, KPMG долго не создавала единого общедоступного и проверяемого источника информации.

Официальное сообщение и частичное признание

14 мая компания разместила развёрнутую версию позиции компании на своём сайте. KPMG признала не всю конструкцию обвинений, а строго ограниченный эпизод: документы были «показаны на экране» между сотрудниками.

Признание ошибок

Перелом наступил 29 мая. На фоне неутихающего общественного давления KPMG признала, что предыдущие проверки жалоб информатора не соответствовали ожиданиям компании, самого информатора и общества.

После этого CEO Эндрю Йейтс и руководитель аудиторского направления Джулиан Макферсон объявили об отставке. KPMG также сообщила о пересмотре политики оповещения о нарушениях с привлечением внешних специалистов.

В этот момент изменилась конструкция кризиса. Вопрос уже заключался не только в том, кто и как обращался с документами клиентов. Возникла вторая проблема - почему внутренние расследования несколько раз не смогли установить обстоятельства, которые позднее потребовали повторной проверки?

Коммуникационная стратегия также изменилась. KPMG перестала доказывать, что её прежние механизмы работали, и начала признавать, что они нуждаются в пересмотре.

Кризис становится коммерческим

В начале июня кризис продолжил расширяться. Операционный директор KPMG Australia Айлин Хоггетт оставила должность, сохранив на тот момент статус партнёра на период расследования. 15 июня Lendlease, информация которой оказалась в центре одного из эпизодов, объявила о решении сменить аудитора. Переход должен начаться после завершения отчётности за 2026 финансовый год. На следующий день вступило в силу соглашение KPMG с австралийским Департаментом финансов. Компания временно прекратила участие в новых федеральных закупках до 30 сентября 2026 года.

Пересмотр механизмов управления

23 июня KPMG представила комплексный Action Plan и объявила о новой серии кадровых решений. Председатель Мартин Шеппард сообщил об уходе, а два старших аудиторских партнёра — Пол Роджерс и Айлин Хоггетт должны были покинуть компанию.

В Action Plan KPMG признала недостатки в четырёх областях:

  • обращении с конфиденциальной клиентской информацией;
  • этике и объективности старших сотрудников;
  • взаимодействии с информатором;
  • надзоре и управлении ситуацией.

План разделили на три блока: управление, культура и этика, внутренний контроль. Создание и опубликование единого плана прекратило поток разрозненных реакций. До этого каждое новое обвинение вызывало отдельное заявление или кадровое решение.

Внутренней оценки больше недостаточно

После провала прежних расследований собственные заверения KPMG потеряли убедительность. Центр оценки сместился за пределы компании. Действия отдельных аудиторов проверяет ASIC, отдельную проверку инициировал Департамент финансов, работу с информаторами изучает Principia Advisory, а клиенты самостоятельно решают, продолжать ли сотрудничество. Внешняя верификация стала хотя и вынужденным, но необходимым условием возможного восстановления доверия.

Новое руководство и персональные санкции

2 июля KPMG назначила Майкла Эбейда первым независимым председателем. Компания также объявила о формировании совета с равным представительством независимых директоров и партнёров. Эбейд ранее работал независимым советником совета KPMG Australia и участвовал в надзоре за расследованием обвинений информатора. После публикации его мартовской переписки выяснилось, что он называл некоторые заявления сенатора ложными. Позднее Эбейд извинился и объяснил, что в тот момент не располагал полной информацией.

20 июля KPMG объявила о внутренних санкциях в отношении семи человек. Внутреннее расследование подтвердило, что документы, содержавшие клиентскую информацию, ненадлежащим образом передавались между сотрудниками. Последствия включали предупреждения, ограничения карьерного роста, снижение внутренних рейтингов и финансовые санкции до 180 тысяч австралийских долларов. Двое партнёров к моменту объявления мер уже решили уйти на пенсию.

21 июля новым CEO стал Джон Сэмс. Он работает в KPMG более двадцати лет, занимал должность финансового директора, а затем операционного директора. Человек, знающий организацию изнутри, должен провести её реформу под усиленным внешним контролем. Работоспособность этой модели ещё предстоит доказать.

Разрешен ли кризис

KPMG имела право не признавать обвинения, пока они не были доказаны. Но отсутствие доказанной вины не давало оснований представлять прежние расследования как безусловно надёжные. Кейс показывает: если под сомнение поставлены не только действия отдельных сотрудников, но и способность компании объективно их расследовать, одних заявлений уже недостаточно.

Восстановление доверия требует независимой проверки, персональной ответственности и публично проверяемого плана изменений. KPMG пришла к этой модели только после серьёзной эскалации, поэтому теперь результат кризиса будет зависеть не столько от убедительности её коммуникаций, сколько от того, подтвердят ли внешние проверки и последующие действия реальность заявленных реформ.

Источники:

1.https://kpmg.com/au/en/media/media-releases/2026/07/kpmg-australia-announces-michael-ebeid-as-first-independent-chairman.html

2. https://www.thesaturdaypaper.com.au/post/kpmg-appoints-new-chair

3. https://www.accountingtimes.com.au/profession/senator-airs-alleged-kpmg-tender-integrity-failures-independence-breaches

4. https://kpmg.com/au/en/about/governance-leadership/action-plan.html

5. https://www.reuters.com/legal/government/kmpg-australia-fines-staff-up-126000-unacceptable-misconduct-audit-scandal-2026-07-20/

6. https://www.thesaturdaypaper.com.au/news/2026/04/11/exclusive-kpmg-heads-warned-over-whistleblower-claims

7. https://kpmg.com/au/en/media/media-releases/2026/05/parliamentary-joint-committee-on-corporations-and-financial-services-kpmg-update.html

8. https://kpmg.com/au/en/media/media-releases/2026/05/investigation-into-whistleblower-allegations-29-may-2026.html